На экскурсии ребята познакомились с коллекцией моделей волжских судов начала ХХ столетия. Внимание экскурсовода было обращено на великолепно сделанную модель нефтевоза «Сократ». Именно на этом нефтевозе управления пароходства «Волготанкер» проходили военные будни 14-летнего подростка Бориса Смолова. В тишине зала ребята внимательно слушали  воспоминания ветерана о страшных событиях 1942 года. Борис вырос в семье потомственного водника. У матери их было трое. Он – средний. В апреле 1942 года вышло военное положение о пополнении  экипажей волжских судов за счет членов семей потомственных водников. Несмотря на возраст, Бориса допустили к работе матросом.  В военные годы спрос с него был, как со взрослого, поблажек никто не делал. В июле 42-го  на  пароход установили три зенитки и ввели в состав действующей армии. «Сократ» занимался буксировкой баржи с нефтью или бензином до Сталинграда. Затем баржа буксировалась обратно в Астрахань – за новой порцией горючего. Не нужно объяснять, что экипаж в условиях постоянных артобстрелов жил буквально на пороховой бочке. На счету зенитчиков, охраняющих судно, было пять сбитых немецких бомбардировщиков. На ночлег команда судна останавливалась под высоким яром – так «Сократ» был менее заметен с воздуха. К ночлегу готовились по нескольку часов – собирали сухие ветви деревьев, маскировали ими судно, а затем буквально падали от усталости. В 43 году изменилось положение на фронте, Сталинградская битва была выиграна ценой страшных потерь и всех подростков с волжских судов распустили по домам. Теперь Борис Павлович Смолов понимает, что просто родился в рубашке. Смерть всегда стояла рядом с ним.  Только в юности об этом не задумываешься.

Душа волжанина не утерпела долгой отсидки дома. Получив паспорт Борис сразу вернулся на работу в пароходство. С той поры плавал на многих судах, "вырос" до I-го помощника капитана. Но «Сократ» - свой первый двухколесный пароход и первое боевое крещение пронес через всю жизнь. А «Сократ», латанный-перелатанный  еще лет двадцать ходил возле волжских берегов, а в 60-е годы был списан.

Борис Павлович попрощался с ребятами и, уходя, еще раз остановил взгляд на модели родного «Сократа» -  парохода-героя  Нижнего Поволжья.